EroTales.NET

Писька-16 или Кассирша

На новом месте жительства, как правило, требуется немало времени, чтобы примениться к новым обстоятельствам, новому языку, новой ментальности местного населения (я, как вы, вероятно, догадались, имею ввиду не только другой город, но и другую страну). Некоторым это так и не удаётся. Например, я читал, что в русскоязычной части Нью-Йорка Бруклине «наш» человек может 15-20 лет прожить без знания английского языка – ходит себе в «русские» магазины, общается со знакомыми по-русски, заводит себе знакомых из их числа и т.п.

  А я вот не такой. Мне интересны люди, жившие в этом новом для меня месте до меня, а потом, когда по тем или иным обстоятельствам меня здесь уже не будет (или не станет – кому как больше нравится), они продолжат жить точно так же, как будто меня никогда и не было. А по-особенному я по давней привычке отношусь к моим любимицам-женщинам, которые для меня всегда прекрасны, в какой бы части света они ни жили. Вот и здесь, куда судьба забросила меня скоро уже 11 лет назад, я постоянно нахожу себе объекты обожания. Вон пошли девчушки-солдатки с автоматами через плечо и тяжеленными рюкзаками. Форма не очень-то их красит, а рюкзаки – тем более. Им бы лёгкие летние платьица, чтобы ветерок на ходу облеплял их пленительные формы, как в рассказе А.Куприна «Суламифь». А вместо этого – военная форма, ботинки. Иногда, правда, и юбочки бывают, но разве это юбочка, какой она должна быть?.. Эх!
  Впрочем, я совсем уже «не в ту степь»… Рассказ мой несколько о другом. Недалеко от моего дома расположен супермаркет, куда я частенько хожу за провизией. Магазин так велик, что в нашем бывшем отечестве такие нам только снились – одних касс штук 15! И за каждым кассовым компьютером сидит девушка. А иногда и не за каждым – в зависимости от количества покупателей. Если таковых немного, девушки занимаются каким-нибудь другим делом: наводят порядок на складе, раскладывают по полкам товар и так далее. Но для меня главное другое – то, что они все девушки, и я всеми ими любуюсь. Такой вот я ненормальный. Когда я подхожу со своей тележкой к кассе, я пристально смотрю на кассиршу – как она проворно берёт предметы с конвейера, как подносит к аппарату, читающему штрих-код, как нажимает на клавиши. Во всём этом мне чудится женственность, мужикам такое не дано! Всё это – рутина, но женские руки, женский взгляд в твои глаза, женский голосок, называющий сумму, которую ты должен уплатить, - придают обычному процессу покупки непередаваемое очарование. Не всякая кассирша красавица, это было бы противоестественно. Но все они прекрасны уже хотя бы тем фактом, что они НЕ ТАКИЕ, как я. И это меня всякий раз восторгает. Протягивая свой картис-ашрай (кредитная карточка), я всегда смотрю кассирше прямо в глаза, стараясь заглянуть поглубже, в самую её женскую суть. И некоторые из этих женщин удивляются. Это заметно. Кажется, что каждая задаётся вопросом: «Чего это он?.. Ненормальный что-ли?..» И бросают беглый взгляд на свою фигуру: что не так? А потом следует облегчённый вздох: да нет, всё, вроде, в порядке… Но мне всякий раз кажется, что мой взгляд ЕЙ запомнился. Запомнился необычайной заинтересованностью и пытливостью. Хотя и не очень понятно: по какому поводу он всё-таки был ТАКОЙ.
  А одна меня всё-таки запомнила. Не знаю почему. Она всегда видит, когда я становлюсь в хвост очереди, и незаметно улыбается. А, когда я в порядке очерёдности к ней подхожу, она тихонько говорит: «Шалом!» («Привет!»). А я ей радостно отвечаю: «Бокер (или эрэв) тов!» («Доброе утро (вечер)!»). Мы никогда ни о чём не беседуем, только пристально смотрим друг другу в глаза. И эти взгляды рассказывают такое, что порою трудно передать словами: с моей стороны это явное восхищение, а с её – молчаливое понимание и кроткое «тода» («спасибо»).
  Однажды, когда я в очередной раз пришёл в супер, моей любимицы на месте не оказалось. Я пошёл бродить по залу с надеждой её там обнаружить. И мне повезло: она раскладывала товары в бакалейном отделе. Я подошёл.
  - Привет! Решила поработать физически?
  - А что сидеть сиднем? Иногда и размяться не помешает!
  Её маленькие руки проворно рассовывали пакеты по полкам.
  - Как тебя зовут?
  - Ронит. А тебя?
  - Игорь.
  - Русский что-ли?
  - А ты по акценту не чувствуешь?
  - Да нет у тебя никакого акцента!..
  - Правда? Не ты первая мне это говоришь…
  Слово за слово разговорились. Выяснилось, что Ронит совсем молоденькая, только что после армии. В магазине «набирает стаж» (перед поступлением в университет все бывшие солдатки должны где-нибудь поработать минимум полгода, иначе армия не даст им денег на учёбу).
  - До которого часу ты работаешь сегодня?
  - Мы работаем с 8 часов утра до 8 часов вечера, по 12 часов. Два дня работа, потом день отдыха.
  - Ну, будь здорова! Пока!
  - Бай! – здесь используют некоторые английские слова.
  Пару дней я не был в супермаркете, а на третий день снова отправился туда. Ронит была за кассой. Я подошёл со стороны выхода.
  - Привет! Сегодня опять до восьми?..
  - Да. Как всегда.
  - Ничего, если я приду к восьми?..
  - Приходи. Моя машина на парковке справа от входа.
  - Я подожду тебя там.
  - О-кей!..
  Она вышла с работы в 5 минут девятого.
  - Где ты живёшь, Ронит?
  - На «Врадим» («Розы» - название микрорайона). А ты?
  - А я – рядом, на «Эшколь» (тоже название микрорайона по имени бывшего премьер-министра).
  - Что будем делать?
  - Не знаю. Покатай меня немного, я потом пешком вернусь.
  - Куда вернёшься?
  - Домой, куда же ещё?..
  - А ко мне не хочешь?
  Я удивлённо на неё посмотрел.
  - Прямо вот так, сразу?..
  - Не поняла!.. Ты зачем меня ждал? Ждал ведь?..
  - Ну…
  - И что?..
  - Не знаю… У нас так не принято… Надо хотя бы познакомиться…
  - Познакомиться – это как?
  - Ты права, наверное… Поехали!..
  Ронит круто развернулась, и мы отправились на «Врадим». По пути я отчаянно думал, что же я буду делать у этой молоденькой девушки: кофе пить?.. Ронит оставила старенькую «Субару» возле одной из ветхих четырёхэтажек (здесь первый этаж не считается, счёт начинается почему-то со второго), и мы по лестнице вскарабкались на последний этаж. Квартирка оказалась крошечная – салон и спальня (туалет с ванной не в счёт).
  - Располагайся, Игорь! Извини, что у меня такая развалюха. Вот университет закончу, начну жить по-человечески! Кофе или чай?..
  - А ты что будешь?
  - Ничего не хочу. Лучше сразу к делу!..
  Она подошла ко мне и стала расстёгивать на мне пуговицы куртки. Светлые глаза, казалось, сверлят меня насквозь. Я обнял Ронит за плечи и посадил себе на колени. Она улыбнулась:
  - Ата роцэ, о лё (ты хочешь, или нет)?..
  Я, не говоря ни слова, поднял её на руки и отнёс в спальню. Быстро стянул с неё трусики и сбросил свои брюки.
  - Презерватив – в ящике тумбочки… Дай, я сама тебе надену, я люблю…
  Я полез к ней под юбку рукой и нащупал густые волосы лобка.
  - Не торопись, мы никуда не опаздываем…
  Я стал её ласкать и чувствовал, как она расслабляется под воздействием моих поцелуев. Её, как оказалось, опытная рука неустанно теребила мой член и яйца. Мне казалось, что они вот-вот лопнут от напряжения.
  - Ну, давай… Только осторожно, я давно ЭТО не делала, с армии…
  Она легонько потянула меня за член и направила его себе в ставшую влажной письку. Член вошёл в горячую, молодую плоть до самого упора. Писька Ронит была жаркой, как печка. Я стал осторожно двигаться и почувствовал, что милая мне «печка» тоже мерно движется навстречу мне. Мы не спешили, Ронит была права – спешить было уже некуда. Время я, конечно, не засекал, но мы оба кончили, как мне показалось, не раньше, чем минут через 15. Ронит закурила.
  - Хочешь?
  - Курить? Нет, я давно бросил.
  - А я вот курю. Иногда. Как вот сейчас.
  - Можно тебя о чём-то спросить?
  - Да.
  - А в армии ты… с кем?..
  - Со своим командиром взвода.
  - Ты любишь его?
  - Что за глупости?
  - А… зачем тогда?..
  - Ты о чём?.. Странные вы люди, русские: зачем да почему! Что за дурацкие вопросы? А с тобой я тоже «зачем»?..
  Она помолчала.
  - Я молодая. У меня всё нормально. В смысле: потребности нормальные. У тебя, как я вижу, - тоже. Так в чём, собственно, дело?
  - Да нет, это я – так…
  - Я знаю, что тебя интересует: когда и с кем я начала?
  Я молчал.
  - Я начала ещё в школе. С родным братом. Мне тогда было 10, а ему – 12. И нам ужасно хотелось попробовать. Попробовали! Вот и всё.
  Она закурила ещё одну сигарету.
  - Так продолжалось почти год чуть ли не по два раза в день. Когда у него пошла сперма, он стал вынимать, чтобы я не забеременела. А потом он нашёл себе другую девчонку, я ему надоела. А я долго не могла найти парня, которому мне хотелось бы дать. Пришлось заниматься онанизмом. Кстати, неплохо успокаивает. Я и сейчас частенько онанирую, помогает. Вчера только это делала из-за тебя (ты почему-то не пришёл). Не пришёл? Ну, вот!..
  Ронит привстала на подушке, её тугие груди красиво белели в полумраке.
  - А перед самой армией я вдруг нашла парня, и он меня избавил от этой проблемы – делал ЭТО мне так часто, что я иногда уговаривала его дать мне хоть небольшую передышку. А в армии мне опять захотелось. Командир взвода оказался кстати…
  Через полчасика Ронит снова взялась за мой член, и он ни меня, ни её не подвёл…

« Минетчица	Первый минет »